10:00 - 18:00

▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬ ▬

       

+7 (900) 102–33-35


+7 (3842) 76–69-37

Обзор судебной практики по привлечению к административной ответственности

30 нояб­ря 2016 г. Пре­зи­ди­у­мом Вер­хов­но­го Суда РФ был утвер­жден обзор судеб­ной прак­ти­ки по при­вле­че­нию к адми­ни­стра­тив­ной ответ­ствен­но­сти по ста­тье 19.29 Кодек­са об адми­ни­стра­тив­ных пра­во­на­ру­ше­ни­ях «Неза­кон­ное при­вле­че­ние к тру­до­вой дея­тель­но­сти, либо к выпол­не­нию работ или ока­за­нию услуг госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го либо быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го».

Соглас­но дан­ной ста­тье муни­ци­паль­ный или гос­слу­жа­щий, либо граж­да­нин, ранее зани­мав­ший эту долж­ность, не может быть при­вле­чен к допол­ни­тель­ной рабо­те, либо ока­за­нию услуг по тру­до­во­му или граж­дан­ско-пра­во­во­му дого­во­ру. Это свя­за­но с тем, что­бы избе­жать кор­руп­ции и зло­упо­треб­ле­ние слу­жеб­ным поло­же­ни­ем.

Осо­бое вни­ма­ние суды обра­ща­ют на сле­ду­ю­щие выво­ды:

  • соглас­но п. 4 ст. 12 ФЗ № 273-ФЗ «О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции» рабо­то­да­тель, заклю­ча­ю­щий тру­до­вой или иной дого­вор по выпол­не­нию работ или ока­за­нию услуг с граж­да­ни­ном, зани­мав­шим долж­ность гос­слу­жа­ще­го, обя­зан сооб­щить в тече­ние 10 дней после заклю­че­ния дого­во­ра рабо­то­да­те­лю муни­ци­паль­но­го или гос­слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы, если сто­и­мость выпол­ня­е­мых работ или ока­зы­ва­е­мых услуг состав­ля­ет более 100 тысяч руб­лей в месяц;
  • обя­зан­ность рабо­то­да­те­ля сооб­щить по послед­не­му месту рабо­ты гос­слу­жа­ще­го о его при­е­ме на рабо­ту по дого­во­ру отпа­да­ет, если дан­ный граж­да­нин будет осу­ществ­лять свою слу­жеб­ную или тру­до­вую дея­тель­ность в госу­дар­ствен­ном (муни­ци­паль­ном) органе либо в госу­дар­ствен­ном (муни­ци­паль­ном) казен­ном учре­жде­нии;
  • при­вле­чен­ным к адми­ни­стра­тив­ной ответ­ствен­но­сти по ста­тье 19.29 КоАП РФ может быть толь­ко то долж­ност­ное лицо, на кото­рое воз­ло­же­на обя­зан­ность по соблю­де­нию тре­бо­ва­ний ч.4 ст. 12 ФЗ «О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции»;

Напо­ми­на­ем, что оформ­лен­ный с нару­ше­ни­ем тре­бо­ва­ний при­ём на рабо­ту по дого­во­ру быв­ших муни­ци­паль­ных и гос­слу­жа­щих вле­чет нало­же­ние адми­ни­стра­тив­но­го штра­фа на граж­дан в раз­ме­ре от 2000 до 4000 руб., на долж­ност­ных лиц – от 20 000 до 50 000 руб., на юри­ди­че­ских лиц – от 100 000 до 500 000 руб. (соглас­но ст. 19.29 КоАП РФ).

Подроб­ный текст обзо­ра судеб­ной прак­ти­ки при­ве­ден ниже:



"Обзор судебной практики по делам о привлечении к административной ответственности, предусмотренной статьей 19.29 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях"<br /> (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.11.2016)

Утвер­жден
Пре­зи­ди­у­мом Вер­хов­но­го Суда
Рос­сий­ской Феде­ра­ции
30 нояб­ря 2016 года
ОБЗОР
СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О ПРИВЛЕЧЕНИИ К АДМИНИСТРАТИВНОЙ
ОТВЕТСТВЕННОСТИ, ПРЕДУСМОТРЕННОЙ СТАТЬЕЙ 19.29 КОДЕКСА
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ
В целях совер­шен­ство­ва­ния систе­мы мер про­ти­во­дей­ствия кор­руп­ции, а так­же реа­ли­за­ции поло­же­ний Кон­вен­ции Орга­ни­за­ции Объ­еди­нен­ных Наций про­тив кор­руп­ции (заклю­че­на в г. Нью-Йор­ке 31 октяб­ря 2003 г. Резо­лю­ци­ей 58/4 на 51‑м пле­нар­ном засе­да­нии 58‑й сес­сии Гене­раль­ной Ассам­блеи ООН) (далее — Кон­вен­ция ООН про­тив кор­руп­ции) в Рос­сий­ской Феде­ра­ции при­ня­ты феде­раль­ные зако­ны от 25 декаб­ря 2008 г. N 273-ФЗ “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” (далее — Феде­раль­ный закон “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”) и от 25 декаб­ря 2008 г. N 280-ФЗ “О вне­се­нии изме­не­ний в отдель­ные зако­но­да­тель­ные акты Рос­сий­ской Феде­ра­ции в свя­зи с рати­фи­ка­ци­ей Кон­вен­ции Орга­ни­за­ции Объ­еди­нен­ных Наций про­тив кор­руп­ции от 31 октяб­ря 2003 г. и Кон­вен­ции об уго­лов­ной ответ­ствен­но­сти за кор­руп­цию от 27 янва­ря 1999 г. и при­ня­ти­ем Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”.
Феде­раль­ным зако­ном “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” уста­нов­ле­ны основ­ные прин­ци­пы про­ти­во­дей­ствия кор­руп­ции, пра­во­вые и орга­ни­за­ци­он­ные осно­вы пре­ду­пре­жде­ния кор­руп­ции и борь­бы с ней, мини­ми­за­ции и (или) лик­ви­да­ции послед­ствий кор­руп­ци­он­ных пра­во­на­ру­ше­ний.
В част­но­сти, ука­зан­ным нор­ма­тив­ным пра­во­вым актом вве­де­ны огра­ни­че­ния, направ­лен­ные на соблю­де­ние спе­ци­аль­ных пра­вил тру­до­устрой­ства госу­дар­ствен­ных или муни­ци­паль­ных слу­жа­щих опре­де­лен­ных кате­го­рий, а так­же лиц, ранее заме­щав­ших назван­ные долж­но­сти, за несо­блю­де­ние кото­рых уста­нав­ли­ва­ет­ся адми­ни­стра­тив­ная ответ­ствен­ность.
Так, в соот­вет­ствии со ста­тьей 19.29 Кодек­са Рос­сий­ской Феде­ра­ции об адми­ни­стра­тив­ных пра­во­на­ру­ше­ни­ях (далее — КоАП РФ) адми­ни­стра­тив­ным пра­во­на­ру­ше­ни­ем при­зна­ет­ся при­вле­че­ние рабо­то­да­те­лем либо заказ­чи­ком работ (услуг) к тру­до­вой дея­тель­но­сти на усло­ви­ях тру­до­во­го дого­во­ра либо к выпол­не­нию работ или ока­за­нию услуг на усло­ви­ях граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го, заме­ща­ю­ще­го долж­ность, вклю­чен­ную в пере­чень, уста­нов­лен­ный нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми, либо быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го, заме­щав­ше­го такую долж­ность, с нару­ше­ни­ем тре­бо­ва­ний, преду­смот­рен­ных Феде­раль­ным зако­ном “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”.
Объ­ек­тив­ная сто­ро­на соста­ва дан­но­го адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, в част­но­сти, выра­жа­ет­ся в нару­ше­нии тре­бо­ва­ний части 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”, соглас­но кото­рой рабо­то­да­тель при заклю­че­нии тру­до­во­го или граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра на выпол­не­ние работ (ока­за­ние услуг) в тече­ние меся­ца сто­и­мо­стью более ста тысяч руб­лей с граж­да­ни­ном, заме­щав­шим долж­но­сти госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, пере­чень кото­рых уста­нав­ли­ва­ет­ся нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, в тече­ние двух лет после его уволь­не­ния с госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы обя­зан в деся­ти­днев­ный срок сооб­щать о заклю­че­нии тако­го дого­во­ра пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы в поряд­ке, уста­нав­ли­ва­е­мом нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции.
При этом нару­ше­ния ука­зан­ной нор­мы могут, в том чис­ле, состо­ять:
- в нена­прав­ле­нии сооб­ще­ния рабо­то­да­те­лем о заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра или граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра на выпол­не­ние в орга­ни­за­ции в тече­ние меся­ца работ (ока­за­ние орга­ни­за­ции услуг) сто­и­мо­стью более ста тысяч руб­лей с граж­да­ни­ном, заме­щав­шим долж­но­сти госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, пере­чень кото­рых уста­нав­ли­ва­ет­ся нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы;
- в нару­ше­нии деся­ти­днев­но­го сро­ка со дня заклю­че­ния тру­до­во­го дого­во­ра или граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра, уста­нов­лен­но­го нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми для направ­ле­ния сооб­ще­ния о заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра или граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра на выпол­не­ние в орга­ни­за­ции в тече­ние меся­ца работ (ока­за­ние орга­ни­за­ции услуг) сто­и­мо­стью более ста тысяч руб­лей с граж­да­ни­ном, заме­щав­шим долж­но­сти госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы;
Адми­ни­стра­тив­ная ответ­ствен­ность по ста­тье 19.29 КоАП РФ насту­па­ет так­же в слу­чае невы­пол­не­ния иных тре­бо­ва­ний Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”.
Напри­мер, заклю­че­ние тру­до­во­го либо граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра с быв­шим госу­дар­ствен­ным или муни­ци­паль­ным слу­жа­щим, заме­щав­шим долж­ность, вклю­чен­ную в пере­чень, уста­нов­лен­ный нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми, в обя­зан­но­сти кото­ро­го вхо­ди­ли отдель­ные функ­ции госу­дар­ствен­но­го, муни­ци­паль­но­го (адми­ни­стра­тив­но­го) управ­ле­ния орга­ни­за­ци­ей, то есть пол­но­мо­чия при­ни­мать обя­за­тель­ные для испол­не­ния реше­ния по кад­ро­вым, орга­ни­за­ци­он­но-тех­ни­че­ским, финан­со­вым, мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ским или иным вопро­сам в отно­ше­нии дан­ной орга­ни­за­ции, в том чис­ле реше­ния, свя­зан­ные с выда­чей раз­ре­ше­ний (лицен­зий) на осу­ществ­ле­ние опре­де­лен­но­го вида дея­тель­но­сти и (или) отдель­ных дей­ствий дан­ной орга­ни­за­ци­ей, либо гото­вить про­ек­ты таких реше­ний (пункт 4 ста­тьи 1 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”), без согла­сия комис­сии по соблю­де­нию тре­бо­ва­ний к слу­жеб­но­му пове­де­нию госу­дар­ствен­ных или муни­ци­паль­ных слу­жа­щих и уре­гу­ли­ро­ва­нию кон­флик­та инте­ре­сов явля­ет­ся нару­ше­ни­ем тре­бо­ва­ний части 1 ста­тьи 12 ука­зан­но­го выше зако­на и обра­зу­ет объ­ек­тив­ную сто­ро­ну соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, преду­смот­рен­но­го ста­тьей 19.29 КоАП РФ.
Пол­но­мо­чи­я­ми по воз­буж­де­нию дан­ной кате­го­рии дел об адми­ни­стра­тив­ных пра­во­на­ру­ше­ни­ях наде­лен про­ку­рор (часть 1 ста­тьи 28.4 КоАП РФ), а по рас­смот­ре­нию — судьи судов общей юрис­дик­ции (части 1 и 3 ста­тьи 23.1 КоАП РФ).
По дан­ным судеб­ной ста­ти­сти­ки, за пери­од с 2013 по 2015 г. судья­ми судов общей юрис­дик­ции по пер­вой инстан­ции было рас­смот­ре­но более 9000 дел об адми­ни­стра­тив­ных пра­во­на­ру­ше­ни­ях, преду­смот­рен­ных ста­тьей 19.29 КоАП РФ.
В целях обес­пе­че­ния еди­но­об­раз­но­го под­хо­да к раз­ре­ше­нию судья­ми судов общей юрис­дик­ции дел о при­вле­че­нии к адми­ни­стра­тив­ной ответ­ствен­но­сти по ста­тье 19.29 КоАП РФ Вер­хов­ным Судом Рос­сий­ской Феде­ра­ции про­ве­де­но обоб­ще­ние вопро­сов, воз­ник­ших за дан­ный пери­од в судеб­ной прак­ти­ке при рас­смот­ре­нии соот­вет­ству­ю­щей кате­го­рии дел.
Ана­лиз пока­зал, что при рас­смот­ре­нии этой кате­го­рии дел об адми­ни­стра­тив­ных пра­во­на­ру­ше­ни­ях поло­же­ния КоАП РФ и зако­но­да­тель­ства о про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции в боль­шин­стве слу­ча­ев при­ме­ня­ют­ся пра­виль­но.
Вме­сте с тем были выяв­ле­ны слу­чаи неод­но­знач­но­го тол­ко­ва­ния судья­ми судов общей юрис­дик­ции поло­же­ний ста­тьи 19.29 КоАП РФ и Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”, кото­рые нуж­да­ют­ся в уточ­не­нии. Осо­бое вни­ма­ние необ­хо­ди­мо обра­тить на сле­ду­ю­щие при­ме­ры.
1. Несо­блю­де­ние рабо­то­да­те­лем (заказ­чи­ком работ, услуг) обя­зан­но­сти, преду­смот­рен­ной частью 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”, в отно­ше­нии быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го, заме­щав­ше­го долж­ность, вклю­чен­ную в переч­ни, утвер­жден­ные нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, обра­зу­ет объ­ек­тив­ную сто­ро­ну соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, преду­смот­рен­но­го ста­тьей 19.29 КоАП РФ, неза­ви­си­мо от того, вхо­ди­ли ли в долж­ност­ные обя­зан­но­сти госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го функ­ции госу­дар­ствен­но­го, муни­ци­паль­но­го (адми­ни­стра­тив­но­го) управ­ле­ния орга­ни­за­ци­ей, заклю­чив­шей с ним тру­до­вой дого­вор и (или) граж­дан­ско-пра­во­вой дого­вор (дого­во­ры), сто­и­мость выпол­не­ния работ (ока­за­ние услуг) по кото­ро­му (кото­рым) в тече­ние меся­ца пре­вы­ша­ет сто тысяч руб­лей.
Миро­вым судьей выне­се­но поста­нов­ле­ние о назна­че­нии дирек­то­ру ООО адми­ни­стра­тив­но­го нака­за­ния по ста­тье 19.29 КоАП РФ. При­зна­вая ука­зан­ное долж­ност­ное лицо винов­ным, миро­вой судья исхо­дил из того, что при­ня­тая в ООО на долж­ность спе­ци­а­ли­ста отде­ла кад­ров Т. ранее зани­ма­ла долж­ность феде­раль­ной госу­дар­ствен­ной граж­дан­ской служ­бы — долж­ность заме­сти­те­ля началь­ни­ка обще­го отде­ла ГУ МЧС Рос­сии по субъ­ек­ту Рос­сий­ской Феде­ра­ции. Одна­ко по послед­не­му месту служ­бы Т. (в ГУ МЧС Рос­сии по субъ­ек­ту Рос­сий­ской Феде­ра­ции) уве­дом­ле­ние о заклю­че­нии дан­но­го тру­до­во­го дого­во­ра рабо­то­да­те­лем направ­ле­но не было.
Уста­но­вив изло­жен­ные обсто­я­тель­ства, миро­вой судья при­шел к обос­но­ван­но­му выво­ду о нали­чии в дей­стви­ях долж­ност­но­го лица — дирек­то­ра обще­ства — соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, преду­смот­рен­но­го ста­тьей 19.29 КоАП РФ.
Отме­няя ука­зан­ное поста­нов­ле­ние и пре­кра­щая про­из­вод­ство по делу в свя­зи с отсут­стви­ем соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, судья рай­он­но­го суда исхо­дил из того, что уста­нов­лен­ная частью 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” обя­зан­ность уве­дом­лять пред­ста­ви­те­ля нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­ля) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы воз­ни­ка­ет при усло­ви­ях, что опла­та тру­да (сто­и­мость услуг) быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го (муни­ци­паль­но­го) слу­жа­ще­го по ново­му месту рабо­ты долж­на состав­лять более ста тысяч руб­лей в месяц и отдель­ные функ­ции госу­дар­ствен­но­го, муни­ци­паль­но­го (адми­ни­стра­тив­но­го) управ­ле­ния дан­ной орга­ни­за­ци­ей вхо­ди­ли в долж­ност­ные (слу­жеб­ные) обя­зан­но­сти госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го.
(По мате­ри­а­лам судеб­ной прак­ти­ки Кали­нин­град­ско­го област­но­го суда)
Дан­ную пози­цию сле­ду­ет при­знать оши­боч­ной по сле­ду­ю­щим осно­ва­ни­ям.
В соот­вет­ствии с частью 2 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” граж­да­нин, заме­щав­ший долж­но­сти госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, пере­чень кото­рых уста­нав­ли­ва­ет­ся нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, в тече­ние двух лет после уволь­не­ния с госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы обя­зан сооб­щать рабо­то­да­те­лю све­де­ния о послед­нем месте сво­ей служ­бы при заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра и (или) граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра (дого­во­ров), сто­и­мость выпол­не­ния работ (ока­за­ние услуг) по кото­ро­му (кото­рым) в тече­ние меся­ца пре­вы­ша­ет сто тысяч руб­лей (часть 1 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”).
В свою оче­редь, на рабо­то­да­те­ле соглас­но части 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” лежит обя­зан­ность при заклю­че­нии с таки­ми лица­ми тру­до­во­го дого­во­ра и (или) граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра (дого­во­ров), сто­и­мость выпол­не­ния работ (ока­за­ние услуг) по кото­ро­му (кото­рым) в тече­ние меся­ца пре­вы­ша­ет сто тысяч руб­лей, на про­тя­же­нии двух лет после их уволь­не­ния с госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы сооб­щать в деся­ти­днев­ный срок о заклю­че­нии дого­во­ров пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту их служ­бы в поряд­ке, уста­нав­ли­ва­е­мом нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции.
При этом ста­тья 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” не ста­вит обя­зан­ность рабо­то­да­те­ля сооб­щить о заклю­че­нии назван­ных выше дого­во­ров в зави­си­мость от того, заме­щал ли быв­ший госу­дар­ствен­ный граж­дан­ский или муни­ци­паль­ный слу­жа­щий долж­ность, вклю­ча­ю­щую функ­ции госу­дар­ствен­но­го, муни­ци­паль­но­го (адми­ни­стра­тив­но­го) управ­ле­ния дан­ной орга­ни­за­ци­ей.
(Обзор судеб­ной прак­ти­ки Вер­хов­но­го Суда Рос­сий­ской Феде­ра­ции за чет­вер­тый квар­тал 2012 года, утвер­жден­ный Пре­зи­ди­у­мом Вер­хов­но­го Суда Рос­сий­ской Феде­ра­ции 10 апре­ля 2013 г.)
2. Преду­смот­рен­ная частью 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” обя­зан­ность воз­ни­ка­ет у рабо­то­да­те­ля при заклю­че­нии с быв­шим госу­дар­ствен­ным или муни­ци­паль­ным слу­жа­щим, заме­щав­шим долж­ность, вклю­чен­ную в переч­ни, утвер­жден­ные нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, тру­до­во­го дого­во­ра вне зави­си­мо­сти от раз­ме­ра преду­смот­рен­ной им зара­бот­ной пла­ты, а граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра (граж­дан­ско-пра­во­вых дого­во­ров), если сто­и­мость выпол­ня­е­мых работ (ока­зы­ва­е­мых услуг) по тако­му дого­во­ру (дого­во­рам) пре­вы­ша­ет сто тысяч руб­лей в месяц.
Поста­нов­ле­ни­ем миро­во­го судьи, остав­лен­ным без изме­не­ния реше­ни­ем судьи рай­он­но­го суда, долж­ност­ное лицо С. при­вле­чен к адми­ни­стра­тив­ной ответ­ствен­но­сти по ста­тье 19.29 КоАП РФ в свя­зи со сле­ду­ю­щи­ми обсто­я­тель­ства­ми.
Про­ку­ра­ту­рой рай­о­на 1 декаб­ря 2014 г. по резуль­та­там про­вер­ки воз­буж­де­но дело об адми­ни­стра­тив­ном пра­во­на­ру­ше­нии по ста­тье 19.29 КоАП РФ в отно­ше­нии долж­ност­но­го лица С., кото­ро­му вме­не­но невы­пол­не­ние тре­бо­ва­ния части 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”, посколь­ку при заклю­че­нии 17 авгу­ста 2013 г. граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра на ока­за­ние услуг с граж­да­ни­ном, кото­рый ранее нахо­дил­ся на феде­раль­ной госу­дар­ствен­ной граж­дан­ской служ­бе в долж­но­сти спе­ци­а­ли­ста 1 раз­ря­да отде­ла Управ­ле­ния Феде­раль­ной служ­бы госу­дар­ствен­ной реги­стра­ции, кадаст­ра и кар­то­гра­фии по обла­сти (уво­лен со служ­бы на осно­ва­нии при­ка­за от 19 июля 2013 г.), вхо­дя­щей в пере­чень долж­но­стей феде­раль­ной госу­дар­ствен­ной служ­бы в феде­раль­ном госу­дар­ствен­ном органе, при назна­че­нии на кото­рые граж­дане и при заме­ще­нии кото­рых феде­раль­ные госу­дар­ствен­ные слу­жа­щие обя­за­ны пред­став­лять све­де­ния о сво­их дохо­дах, об иму­ще­стве и обя­за­тель­ствах иму­ще­ствен­но­го харак­те­ра, а так­же све­де­ния о дохо­дах, об иму­ще­стве и обя­за­тель­ствах иму­ще­ствен­но­го харак­те­ра сво­их супру­ги (супру­га) и несо­вер­шен­но­лет­них детей, утвер­жден­ный руко­во­ди­те­лем феде­раль­но­го госу­дар­ствен­но­го орга­на в соот­вет­ствии с раз­де­лом III Переч­ня, преду­смот­рен­но­го Ука­зом Пре­зи­ден­та Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 18 мая 2009 г. N 557, не уве­до­мил в пись­мен­ной фор­ме в уста­нов­лен­ный зако­ном деся­ти­днев­ный срок пред­ста­ви­те­ля нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­ля) по послед­не­му месту служ­бы граж­да­ни­на о заклю­че­нии граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра на ока­за­ние услуг.
Исхо­дя из бук­валь­но­го тол­ко­ва­ния частей 1 и 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” объ­ек­тив­ная сто­ро­на соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, преду­смот­рен­но­го ста­тьей 19.29 КоАП РФ, име­ет место толь­ко в слу­чае несо­блю­де­ния заказ­чи­ком работ (услуг) обя­зан­но­сти, преду­смот­рен­ной частью 4 ста­тьи 12 дан­но­го зако­на, в отно­ше­нии быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го слу­жа­ще­го, заме­щав­ше­го долж­ность, вклю­чен­ную в ука­зан­ные выше переч­ни, при заклю­че­нии с ним граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра, сто­и­мость выпол­не­ния работ (ока­за­ния услуг) по кото­ро­му в тече­ние меся­ца пре­вы­ша­ет сто тысяч руб­лей.
Обос­но­ван­но отме­няя состо­яв­ши­е­ся по делу судеб­ные акты, заме­сти­тель пред­се­да­те­ля област­но­го суда исхо­дил из того, что сто­и­мость услуг по граж­дан­ско-пра­во­во­му дого­во­ру от 17 авгу­ста 2013 г., заклю­чен­но­му меж­ду обще­ством в лице его гене­раль­но­го дирек­то­ра С. и граж­да­ни­ном, соста­ви­ла 7154 (семь тысяч сто пять­де­сят четы­ре) руб­ля, то есть не пре­вы­ша­ет ста тысяч руб­лей в месяц, что сви­де­тель­ству­ет об отсут­ствии соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, преду­смот­рен­но­го ста­тьей 19.29 КоАП РФ.
(По мате­ри­а­лам судеб­ной прак­ти­ки Самар­ско­го област­но­го суда)
3. Обя­зан­ность в деся­ти­днев­ный срок сооб­щать о заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра (слу­жеб­но­го кон­трак­та) с быв­шим госу­дар­ствен­ным (муни­ци­паль­ным) слу­жа­щим, заме­щав­шим долж­ность, вклю­чен­ную в пере­чень, уста­нов­лен­ный нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы у пред­ста­ви­те­ля нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­ля) не воз­ни­ка­ет в том слу­чае, если быв­ший слу­жа­щий осу­ществ­ля­ет свою слу­жеб­ную (тру­до­вую) дея­тель­ность в госу­дар­ствен­ном (муни­ци­паль­ном) органе либо госу­дар­ствен­ном (муни­ци­паль­ном) казен­ном учре­жде­нии. Такое несо­об­ще­ние не обра­зу­ет объ­ек­тив­ную сто­ро­ну соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, преду­смот­рен­но­го ст. 19.29 КоАП РФ.
При­вле­кая адми­ни­стра­цию город­ско­го окру­га к адми­ни­стра­тив­ной ответ­ствен­но­сти по ста­тье 19.29 КоАП РФ, миро­вой судья обла­сти уста­но­вил, что в соот­вет­ствии с рас­по­ря­же­ни­ем адми­ни­стра­ции город­ско­го окру­га по тру­до­во­му дого­во­ру на неопре­де­лен­ный срок при­нят на долж­ность заме­сти­те­ля гла­вы адми­ни­стра­ции город­ско­го окру­га по вопро­сам без­опас­но­сти, пра­во­по­ряд­ка и кон­тро­ля М., ранее заме­щав­ший долж­ность заме­сти­те­ля началь­ни­ка МО МВД Рос­сии “Ш…”, вклю­чен­ную в пере­чень, утвер­жден­ный при­ка­зом Мини­стер­ства внут­рен­них дел Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 31 авгу­ста 2009 г. N 680, дей­ство­вав­шим на момент совер­ше­ния вме­ня­е­мо­го адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, одна­ко адми­ни­стра­ци­ей город­ско­го окру­га в деся­ти­днев­ный срок не направ­ле­но уве­дом­ле­ние о заклю­че­нии тако­го дого­во­ра пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) по послед­не­му месту служ­бы М.
На осно­ва­нии изло­жен­но­го миро­вой судья при­шел к выво­ду о нали­чии в дей­стви­ях адми­ни­стра­ции город­ско­го окру­га соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, преду­смот­рен­но­го ста­тьей 19.29 КоАП РФ.
Отме­няя состо­яв­ше­е­ся поста­нов­ле­ние миро­во­го судьи и оста­вив­шие его без изме­не­ния судеб­ные акты выше­сто­я­щих судеб­ных инстан­ций, судья Вер­хов­но­го Суда Рос­сий­ской Феде­ра­ции исхо­дил из сле­ду­ю­ще­го.
Пунк­том 1 ста­тьи 12 Кон­вен­ции ООН про­тив кор­руп­ции преду­смот­ре­на обя­зан­ность каж­до­го госу­дар­ства-участ­ни­ка по при­ня­тию мер в соот­вет­ствии с осно­во­по­ла­га­ю­щи­ми прин­ци­па­ми сво­е­го внут­рен­не­го зако­но­да­тель­ства по пре­ду­пре­жде­нию кор­руп­ции в част­ном сек­то­ре.
Соглас­но под­пунк­ту “e” пунк­та 2 ста­тьи 12 Кон­вен­ции ООН про­тив кор­руп­ции в целях пре­ду­пре­жде­ния воз­ник­но­ве­ния кол­ли­зии пуб­лич­ных и част­ных инте­ре­сов госу­дар­ства впра­ве уста­нав­ли­вать огра­ни­че­ния в над­ле­жа­щих слу­ча­ях и на разум­ный срок в отно­ше­нии про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти быв­ших пуб­лич­ных долж­ност­ных лиц или в отно­ше­нии рабо­ты пуб­лич­ных долж­ност­ных лиц в част­ном сек­то­ре после их выхо­да в отстав­ку или на пен­сию, когда такая дея­тель­ность или рабо­та пря­мо свя­за­на с функ­ци­я­ми, кото­рые такие пуб­лич­ные долж­ност­ные лица выпол­ня­ли в пери­од их нахож­де­ния в долж­но­сти или за выпол­не­ни­ем кото­рых они осу­ществ­ля­ли над­зор.
Таким обра­зом, из ана­ли­за пунк­та 1, под­пунк­та “e” пунк­та 2 ста­тьи 12 Кон­вен­ции ООН про­тив кор­руп­ции, частей 2, 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” в их систем­ной вза­и­мо­свя­зи сле­ду­ет, что ука­зан­ные выше огра­ни­че­ния, нала­га­е­мые на граж­да­ни­на, заме­щав­ше­го долж­ность госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, при заклю­че­нии им тру­до­во­го или граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра, уста­нов­ле­ны в целях устра­не­ния кол­ли­зии пуб­лич­ных и част­ных инте­ре­сов. Дан­ные огра­ни­че­ния, как и обя­зан­ность рабо­то­да­те­ля при заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра с граж­да­ни­ном, заме­щав­шим ранее долж­но­сти госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, сооб­щать о заклю­че­нии тако­го дого­во­ра пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы, направ­ле­ны на соблю­де­ние спе­ци­аль­ных пра­вил тру­до­устрой­ства быв­ших госу­дар­ствен­ных и муни­ци­паль­ных слу­жа­щих в ком­мер­че­ские и неком­мер­че­ские орга­ни­за­ции.
Сле­до­ва­тель­но, у госу­дар­ствен­но­го (муни­ци­паль­но­го) орга­на обя­зан­ность в деся­ти­днев­ный срок сооб­щать о заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра (слу­жеб­но­го кон­трак­та) с быв­шим госу­дар­ствен­ным (муни­ци­паль­ным) слу­жа­щим, заме­щав­шим долж­ность, вклю­чен­ную в пере­чень, уста­нов­лен­ный нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, не воз­ни­ка­ет.
(По мате­ри­а­лам судеб­ной прак­ти­ки Вер­хов­но­го Суда Рос­сий­ской Феде­ра­ции)
В насто­я­щее вре­мя ана­ло­гич­ный под­ход при­ме­ня­ет­ся Вер­хов­ным Судом Рос­сий­ской Феде­ра­ции в отно­ше­нии тру­до­устрой­ства быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го (муни­ци­паль­но­го) слу­жа­ще­го в госу­дар­ствен­ное (муни­ци­паль­ное) казен­ное учре­жде­ние либо заклю­че­ния таким учре­жде­ни­ем с быв­шим слу­жа­щим граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра об ока­за­нии услуг (выпол­не­нии работ) сто­и­мо­стью более ста тысяч руб­лей в месяц.
При этом Вер­хов­ный Суд Рос­сий­ской Феде­ра­ции исхо­дит из сле­ду­ю­ще­го.
Ста­тьей 123.21 Граж­дан­ско­го кодек­са Рос­сий­ской Феде­ра­ции уста­нов­ле­но, что учре­жде­ни­ем при­зна­ет­ся уни­тар­ная неком­мер­че­ская орга­ни­за­ция, создан­ная соб­ствен­ни­ком для осу­ществ­ле­ния управ­лен­че­ских, соци­аль­но-куль­тур­ных или иных функ­ций неком­мер­че­ско­го харак­те­ра.
Соглас­но пунк­ту 1 ста­тьи 123.22 Граж­дан­ско­го кодек­са Рос­сий­ской Феде­ра­ции госу­дар­ствен­ное или муни­ци­паль­ное учре­жде­ние может быть казен­ным, бюд­жет­ным или авто­ном­ным учре­жде­ни­ем.
Пунк­том 1 ста­тьи 9.1 Феде­раль­но­го зако­на от 12 янва­ря 1996 г. N 7‑ФЗ “О неком­мер­че­ских орга­ни­за­ци­ях” преду­смот­ре­но, что госу­дар­ствен­ны­ми, муни­ци­паль­ны­ми учре­жде­ни­я­ми при­зна­ют­ся учре­жде­ния, создан­ные Рос­сий­ской Феде­ра­ци­ей, субъ­ек­том Рос­сий­ской Феде­ра­ции и муни­ци­паль­ным обра­зо­ва­ни­ем.
В соот­вет­ствии со ста­тьей 6 Бюд­жет­но­го кодек­са Рос­сий­ской Феде­ра­ции казен­ное учре­жде­ние пред­став­ля­ет собой госу­дар­ствен­ное (муни­ци­паль­ное) учре­жде­ние, осу­ществ­ля­ю­щее ока­за­ние госу­дар­ствен­ных (муни­ци­паль­ных) услуг, выпол­не­ние работ и (или) испол­не­ние госу­дар­ствен­ных (муни­ци­паль­ных) функ­ций в целях обес­пе­че­ния реа­ли­за­ции преду­смот­рен­ных зако­но­да­тель­ством Рос­сий­ской Феде­ра­ции пол­но­мо­чий орга­нов госу­дар­ствен­ной вла­сти (госу­дар­ствен­ных орга­нов) или орга­нов мест­но­го само­управ­ле­ния, финан­со­вое обес­пе­че­ние дея­тель­но­сти кото­ро­го осу­ществ­ля­ет­ся за счет средств соот­вет­ству­ю­ще­го бюд­же­та на осно­ва­нии бюд­жет­ной сме­ты.
Изло­жен­ное поз­во­ля­ет сде­лать вывод о том, что тру­до­устрой­ство быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го (муни­ци­паль­но­го) слу­жа­ще­го в такое учре­жде­ние, рав­но как и заклю­че­ние с ним граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра, не свя­за­но с кор­руп­ци­он­ны­ми рис­ка­ми и не может повлечь кол­ли­зии пуб­лич­ных и част­ных инте­ре­сов с преж­ней зани­ма­е­мой долж­но­стью на госу­дар­ствен­ной (муни­ци­паль­ной) служ­бе.
4. Рабо­то­да­тель при заклю­че­нии тру­до­во­го или граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра на выпол­не­ние работ (ока­за­ние услуг) в тече­ние меся­ца сто­и­мо­стью более ста тысяч руб­лей с граж­да­ни­ном, заме­щав­шим долж­но­сти госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, пере­чень кото­рых уста­нав­ли­ва­ет­ся нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, в тече­ние двух лет после его уволь­не­ния с госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы обя­зан в деся­ти­днев­ный срок сооб­щать о заклю­че­нии тако­го дого­во­ра пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го толь­ко по послед­не­му месту его служ­бы.
Поста­нов­ле­ни­ем миро­во­го судьи долж­ност­ное лицо Б. при­вле­чен к адми­ни­стра­тив­ной ответ­ствен­но­сти по ста­тье 19.29 КоАП РФ, посколь­ку не уве­до­мил руко­во­ди­те­ля нало­го­вой инспек­ции о заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра с А.
Отме­няя дан­ное поста­нов­ле­ние и пре­кра­щая про­из­вод­ство по делу в свя­зи с отсут­стви­ем соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, судья рай­он­но­го суда исхо­дил из сле­ду­ю­ще­го.
Как усмат­ри­ва­лось из мате­ри­а­лов дела, А. с 22 мар­та 2001 г. состо­я­ла на госу­дар­ствен­ной служ­бе и зани­ма­ла долж­ность стар­ше­го госу­дар­ствен­но­го нало­го­во­го инспек­то­ра отде­ла рабо­ты с нало­го­пла­тель­щи­ка­ми ИФНС Рос­сии, с кото­рой 9 янва­ря 2013 г. была уво­ле­на. 10 янва­ря 2013 г. она была при­ня­та на иную долж­ность госу­дар­ствен­ной граж­дан­ской служ­бы в дру­гом реги­оне Рос­сии — долж­ность глав­но­го спе­ци­а­ли­ста управ­ле­ния бюд­жет­но-нало­го­вой поли­ти­ки и мони­то­рин­га финан­со­вой сфе­ры мини­стер­ства эко­но­ми­ки одно­го из субъ­ек­тов Рос­сий­ской Феде­ра­ции, заме­щая ее до 12 авгу­ста 2013 г.
26 мая 2014 г. А. заклю­чи­ла тру­до­вой дого­вор с юри­ди­че­ским лицом “М.”.
В соот­вет­ствии с частью 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” на рабо­то­да­те­ля воз­ло­же­на обя­зан­ность сооб­щать о заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля граж­дан­ско­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го толь­ко по послед­не­му месту его служ­бы.
Соот­вет­ствен­но, у Б. не воз­ник­ла обя­зан­ность сооб­щить руко­во­ди­те­лю нало­го­вой инспек­ции о заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра с А., посколь­ку послед­ним местом госу­дар­ствен­ной граж­дан­ской служ­бы А. явля­лось мини­стер­ство эко­но­ми­ки.
(По мате­ри­а­лам судеб­ной прак­ти­ки Сверд­лов­ско­го област­но­го суда)
При этом сле­ду­ет учи­ты­вать, что при пере­во­де граж­да­ни­на, ранее заме­щав­ше­го долж­ность госу­дар­ствен­ной (муни­ци­паль­ной) служ­бы, вклю­чен­ную в пере­чень, уста­нов­лен­ный нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, на дру­гую долж­ность в пре­де­лах одной орга­ни­за­ции у рабо­то­да­те­ля не воз­ни­ка­ет обя­зан­но­сти сооб­щить о таком пере­во­де пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы.
5. Субъ­ек­том адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, состав кото­ро­го преду­смот­рен ста­тьей 19.29 КоАП РФ, высту­па­ет не любое долж­ност­ное лицо, а лишь то, на кото­рое в силу зако­на воз­ло­же­на обя­зан­ность по соблю­де­нию тре­бо­ва­ний части 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”.
Как уста­нов­ле­но миро­вым судьей, меж­ду обще­ством в лице дирек­то­ра А. и К. был заклю­чен тру­до­вой дого­вор, соглас­но кото­ро­му послед­ний был при­нят на рабо­ту на долж­ность охран­ни­ка, что под­твер­жде­но копи­ей соот­вет­ству­ю­ще­го при­ка­за.
Ранее К. был уво­лен из орга­нов поли­ции. Долж­ность, кото­рую зани­мал К., вклю­че­на в пере­чень долж­но­стей в Мини­стер­стве внут­рен­них дел Рос­сий­ской Феде­ра­ции, утвер­жден­ный при­ка­зом МВД Рос­сии от 31 авгу­ста 2009 г. N 680, и соот­вет­ству­ет раз­де­лу III Переч­ня, преду­смот­рен­но­го Ука­зом Пре­зи­ден­та Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 18 мая 2009 г. N 557.
Таким обра­зом, в силу при­ве­ден­ных поло­же­ний зако­на рабо­то­да­тель К. обя­зан был при при­е­ме его на рабо­ту в деся­ти­днев­ный срок в пись­мен­ной фор­ме сооб­щить об этом быв­ше­му пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля К. — руко­во­ди­те­лю ММО МВД Рос­сии “К”.
Посколь­ку, соглас­но све­де­ни­ям об уво­лен­ных сотруд­ни­ках, такие дан­ные в отно­ше­нии быв­ше­го сотруд­ни­ка К. в ММО МВД Рос­сии “К” не посту­па­ли, миро­вой судья при­шел к выво­ду о совер­ше­нии ука­зан­но­го адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния бух­гал­те­ром и инспек­то­ром отде­ла кад­ров Е.
Вме­сте с тем в ста­тье 19.29 КоАП РФ ука­за­но, что ответ­ствен­ность за неза­кон­ное при­вле­че­ние к тру­до­вой дея­тель­но­сти либо к выпол­не­нию работ или ока­за­нию услуг госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го либо быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го слу­жа­ще­го несет рабо­то­да­тель либо заказ­чик работ (услуг).
В силу ста­тьи 20 Тру­до­во­го кодек­са Рос­сий­ской Феде­ра­ции рабо­то­да­тель — физи­че­ское лицо либо юри­ди­че­ское лицо (орга­ни­за­ция), всту­пив­шее в тру­до­вые отно­ше­ния с работ­ни­ком.
При­ме­ни­тель­но к дан­но­му делу быв­ший госу­дар­ствен­ный слу­жа­щий К. всту­пил в тру­до­вые отно­ше­ния с обще­ством, заклю­чив тру­до­вой дого­вор с ним в лице дирек­то­ра Е.
В соот­вет­ствии с поста­нов­ле­ни­ем Пра­ви­тель­ства Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 8 сен­тяб­ря 2010 г. N 700 “О поряд­ке сооб­ще­ния рабо­то­да­те­лем при заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра с граж­да­ни­ном, заме­щав­шим долж­но­сти госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, пере­чень кото­рых уста­нав­ли­ва­ет­ся нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, в тече­ние двух лет после его уволь­не­ния с госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы о заклю­че­нии тако­го дого­во­ра пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы”, дей­ство­вав­шим на момент рас­смот­ре­ния дела, соот­вет­ству­ю­щее пись­мо оформ­ля­ет­ся на блан­ке орга­ни­за­ции и под­пи­сы­ва­ет­ся ее руко­во­ди­те­лем либо упол­но­мо­чен­ным лицом, под­пи­сав­шим тру­до­вой дого­вор со сто­ро­ны рабо­то­да­те­ля.
При таких обсто­я­тель­ствах сотруд­ник отде­ла кад­ров Е. не явля­ет­ся лицом, на кото­ро­го зако­ном воз­ло­же­на обя­зан­ность по сооб­ще­нию о заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра с быв­ши­ми госу­дар­ствен­ны­ми или муни­ци­паль­ны­ми слу­жа­щи­ми, и поэто­му не явля­ет­ся субъ­ек­том адми­ни­стра­тив­ной ответ­ствен­но­сти по ста­тье 19.29 КоАП РФ.
(По мате­ри­а­лам судеб­ной прак­ти­ки Сверд­лов­ско­го област­но­го суда)
Допол­ни­тель­но сле­ду­ет отме­тить, что в насто­я­щее вре­мя поста­нов­ле­ние Пра­ви­тель­ства Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 8 сен­тяб­ря 2010 г. N 700 “О поряд­ке сооб­ще­ния рабо­то­да­те­лем при заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра с граж­да­ни­ном, заме­щав­шим долж­но­сти госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, пере­чень кото­рых уста­нав­ли­ва­ет­ся нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, в тече­ние двух лет после его уволь­не­ния с госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы о заклю­че­нии тако­го дого­во­ра пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы” при­зна­но утра­тив­шим силу в свя­зи с при­ня­ти­ем поста­нов­ле­ния Пра­ви­тель­ства Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 21 янва­ря 2015 г. N 29 “Об утвер­жде­нии Пра­вил сооб­ще­ния рабо­то­да­те­лем о заклю­че­нии тру­до­во­го или граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра на выпол­не­ние работ (ока­за­ние услуг) с граж­да­ни­ном, заме­щав­шим долж­но­сти госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, пере­чень кото­рых уста­нав­ли­ва­ет­ся нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции”. При этом пунк­том 3 дан­ных пра­вил преду­смот­ре­но, что сооб­ще­ние оформ­ля­ет­ся на блан­ке орга­ни­за­ции и под­пи­сы­ва­ет­ся ее руко­во­ди­те­лем или упол­но­мо­чен­ным лицом, под­пи­сав­шим тру­до­вой дого­вор со сто­ро­ны рабо­то­да­те­ля, либо упол­но­мо­чен­ным лицом, под­пи­сав­шим граж­дан­ско-пра­во­вой дого­вор.
6. Отсут­ствие у рабо­то­да­те­ля све­де­ний о заме­ще­нии граж­да­ни­ном в тече­ние пред­ше­ству­ю­щих тру­до­устрой­ству двух лет долж­но­сти госу­дар­ствен­ной (муни­ци­паль­ной) служ­бы, вклю­чен­ной в уста­нов­лен­ный нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми пере­чень, сви­де­тель­ству­ет об отсут­ствии его вины и, соот­вет­ствен­но, соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, преду­смот­рен­но­го ста­тьей 19.29 КоАП РФ.
По фак­ту несо­блю­де­ния тре­бо­ва­ний, преду­смот­рен­ных частью 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”, в отно­ше­нии ООО “Э.” про­ку­ро­ром воз­буж­де­но про­из­вод­ство по делу об адми­ни­стра­тив­ном пра­во­на­ру­ше­нии, состав кото­ро­го преду­смот­рен ста­тьей 19.29 КоАП РФ, в свя­зи со сле­ду­ю­щи­ми обсто­я­тель­ства­ми.
Меж­ду ООО “Э.” и быв­шим кон­тро­ле­ром-реви­зо­ром отде­ла тер­ри­то­ри­аль­но­го управ­ле­ния Феде­раль­ной служ­бы финан­со­во-бюд­жет­но­го над­зо­ра в субъ­ек­те Рос­сий­ской Феде­ра­ции А. был заклю­чен тру­до­вой дого­вор, соглас­но кото­ро­му А. при­ня­та на рабо­ту в ООО “Э.” на долж­ность глав­но­го бух­гал­те­ра. При этом в уста­нов­лен­ный зако­ном деся­ти­днев­ный срок со дня заклю­че­ния тру­до­во­го дого­во­ра ООО “Э.” не сооб­щи­ло о при­е­ме на рабо­ту А. пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля по послед­не­му месту ее служ­бы.
По резуль­та­там рас­смот­ре­ния дела миро­вым судьей было уста­нов­ле­но, что у ООО “Э.” отсут­ство­ва­ли све­де­ния о том, что А. ранее заме­ща­ла долж­ность кон­тро­ле­ра-реви­зо­ра отде­ла тер­ри­то­ри­аль­но­го управ­ле­ния Феде­раль­ной служ­бы финан­со­во-бюд­жет­но­го над­зо­ра, посколь­ку дан­ные све­де­ния А. при тру­до­устрой­стве сооб­ще­ны не были, тру­до­вая книж­ка ею не предъ­яв­ля­лась вви­ду утра­ты, что сви­де­тель­ству­ет об отсут­ствии вины ООО “Э.” в совер­ше­нии адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния.
На осно­ва­нии изло­жен­но­го про­из­вод­ство по делу в отно­ше­нии ООО “Э.” было пре­кра­ще­но вви­ду отсут­ствия соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния.
(По мате­ри­а­лам судеб­ной прак­ти­ки Пен­зен­ско­го област­но­го суда)
7. Невы­пол­не­ние граж­да­ни­ном, заме­щав­шим долж­но­сти госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, пере­чень кото­рых уста­нав­ли­ва­ет­ся нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми акта­ми Рос­сий­ской Феде­ра­ции, преду­смот­рен­ной частью 2 ста­тьи 14 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” обя­зан­но­сти может сви­де­тель­ство­вать об отсут­ствии вины рабо­то­да­те­ля быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го (муни­ци­паль­но­го) слу­жа­ще­го в совер­ше­нии адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, состав кото­ро­го преду­смот­рен ста­тьей 19.29 КоАП РФ, при невоз­мож­но­сти полу­че­ния соот­вет­ству­ю­щей инфор­ма­ции из тру­до­вой книж­ки граж­да­ни­на.
Поста­нов­ле­ни­ем миро­во­го судьи, остав­лен­ным без изме­не­ния реше­ни­ем судьи рай­он­но­го суда, Ч. как долж­ност­ное лицо — гене­раль­ный дирек­тор обще­ства — при­знан винов­ным в том, что при при­вле­че­нии 26 июня 2012 г. к тру­до­вой дея­тель­но­сти на долж­но­сти мене­дже­ра отде­ла по рабо­те с кли­ен­та­ми обще­ства граж­да­ни­на, ранее про­хо­див­ше­го служ­бу в орга­нах внут­рен­них дел, не выпол­нил воз­ло­жен­ную на него частью 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” обя­зан­ность.
Отме­няя состо­яв­ши­е­ся по делу судеб­ные акты, пред­се­да­тель област­но­го суда исхо­дил из того, что миро­вым судьей не уста­нов­ле­на долж­ность госу­дар­ствен­ной служ­бы, заме­ща­е­мая граж­да­ни­ном перед тру­до­устрой­ством в обще­ство, а так­же в поста­нов­ле­нии отсут­ству­ет ссыл­ка на нор­ма­тив­ный пра­во­вой акт Рос­сий­ской Феде­ра­ции, утвер­див­ший соот­вет­ству­ю­щий пере­чень долж­но­стей. При этом миро­вой судья оши­боч­но исхо­дил из того, что рабо­то­да­тель при при­е­ме на рабо­ту быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го слу­жа­ще­го обя­зан сооб­щать о заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра неза­ви­си­мо от заме­ща­е­мой ранее госу­дар­ствен­ным или муни­ци­паль­ным слу­жа­щим долж­но­сти.
Судья рай­он­но­го суда уста­но­вил, что граж­да­нин с 1 октяб­ря 2010 г. по 6 июля 2011 г. зани­мал долж­ность, вклю­чен­ную в Пере­чень, утвер­жден­ный при­ка­зом Мини­стер­ства внут­рен­них дел Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 31 авгу­ста 2009 г. N 680, дей­ство­вав­шим на момент заклю­че­ния тру­до­во­го дого­во­ра. Одна­ко, откло­нив дово­ды Ч. об отсут­ствии у него в июне 2012 г. инфор­ма­ции о заме­ща­е­мой ранее граж­да­ни­ном долж­но­сти, при­шел к выво­ду о том, что Ч., при­ни­мая на рабо­ту быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го слу­жа­ще­го, обя­зан был само­сто­я­тель­но уста­но­вить его долж­ность по послед­не­му месту служ­бы, а посколь­ку такая обя­зан­ность наря­ду с обя­зан­но­стью, уста­нов­лен­ной частью 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”, не была выпол­не­на Ч., им совер­ше­но пра­во­на­ру­ше­ние, состав кото­ро­го преду­смот­рен ста­тьей 19.29 КоАП РФ.
В уста­нов­лен­ном ста­тьей 65 Тру­до­во­го кодек­са Рос­сий­ской Феде­ра­ции перечне доку­мен­тов, предъ­яв­ля­е­мых рабо­то­да­те­лю лицом, посту­па­ю­щим на рабо­ту, ука­за­на тру­до­вая книж­ка, кото­рая явля­ет­ся доку­мен­том, содер­жа­щим све­де­ния о работ­ни­ке и выпол­ня­е­мой им рабо­те.
В части 3 ста­тьи 65 Тру­до­во­го кодек­са Рос­сий­ской Феде­ра­ции уста­нов­лен запрет тре­бо­вать от лица, посту­па­ю­ще­го на рабо­ту, доку­мен­ты поми­мо преду­смот­рен­ных Тру­до­вым кодек­сом, ины­ми феде­раль­ны­ми зако­на­ми, ука­за­ми Пре­зи­ден­та Рос­сий­ской Феде­ра­ции и поста­нов­ле­ни­я­ми Пра­ви­тель­ства Рос­сий­ской Феде­ра­ции.
Поло­же­ния Тру­до­во­го кодек­са Рос­сий­ской Феде­ра­ции и Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” не воз­ла­га­ют на рабо­то­да­те­ля, заклю­ча­ю­ще­го тру­до­вой дого­вор с быв­шим госу­дар­ствен­ным или муни­ци­паль­ным слу­жа­щим, обя­зан­ность само­сто­я­тель­но уста­нав­ли­вать путем запро­са от иных лиц све­де­ния о долж­но­сти госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го, зани­ма­е­мой им ранее.
При тру­до­устрой­стве в обще­ство граж­да­ни­ном была предъ­яв­ле­на тру­до­вая книж­ка, в кото­рой отсут­ство­ва­ли све­де­ния о зани­ма­е­мых им в пери­од служ­бы в орга­нах внут­рен­них дел долж­но­стях. В тру­до­вой книж­ке содер­жа­лась лишь запись о про­хож­де­нии служ­бы в орга­нах внут­рен­них дел в пери­од с 16 сен­тяб­ря 2009 г. по 27 авгу­ста 2011 г. Мате­ри­а­лы дела не содер­жат дока­за­тельств того, что граж­да­нин при заклю­че­нии тру­до­во­го дого­во­ра сооб­щил рабо­то­да­те­лю пол­ные све­де­ния о послед­нем месте служ­бы, а имен­но: предо­ста­вил све­де­ния о зани­ма­е­мых им долж­но­стях в пери­од служ­бы в орга­нах внут­рен­них дел.
При таких обсто­я­тель­ствах пред­се­да­тель област­но­го суда посчи­тал, что вину Ч. в совер­ше­нии вме­нен­но­го адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния нель­зя счи­тать уста­нов­лен­ной.
(По мате­ри­а­лам судеб­ной прак­ти­ки Яро­слав­ско­го област­но­го суда)
8. Адми­ни­стра­тив­ное пра­во­на­ру­ше­ние, состав кото­ро­го преду­смот­рен ста­тьей 19.29 КоАП РФ, вви­ду осо­бой зна­чи­мо­сти охра­ня­е­мых зако­ном обще­ствен­ных отно­ше­ний, высту­па­ю­щих объ­ек­том пося­га­тель­ства это­го адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, не может быть при­зна­но мало­зна­чи­тель­ным.
М.В.Н., явля­ю­щий­ся един­ствен­ным участ­ни­ком ООО “Б.” и состо­я­щий в долж­но­сти гене­раль­но­го дирек­то­ра это­го обще­ства, 17 сен­тяб­ря 2012 г. заклю­чил тру­до­вой дого­вор и издал при­каз о при­е­ме на рабо­ту на долж­ность юри­ста граж­да­ни­на, до 15 авгу­ста 2012 г. заме­щав­ше­го долж­ность спе­ци­а­ли­ста 1 кате­го­рии юри­ди­че­ско­го отде­ла адми­ни­стра­ции горо­да, вклю­чен­ную в пере­чень долж­но­стей муни­ци­паль­ной служ­бы. При этом обще­ство, в нару­ше­ние тре­бо­ва­ний части 3 ста­тьи 64.1 Тру­до­во­го кодек­са РФ, ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” не сооб­щи­ло в адми­ни­стра­цию горо­да о заклю­че­нии это­го дого­во­ра.
Поста­нов­ле­ни­ем миро­во­го судьи, остав­лен­ным без изме­не­ния реше­ни­ем судьи город­ско­го суда, М.В.Н. осво­бож­ден от адми­ни­стра­тив­ной ответ­ствен­но­сти, преду­смот­рен­ной ста­тьей 19.29 КоАП РФ, вви­ду мало­зна­чи­тель­но­сти совер­шен­но­го пра­во­на­ру­ше­ния.
Отме­няя состо­яв­ши­е­ся по делу судеб­ные акты, пред­се­да­тель вер­хов­но­го суда рес­пуб­ли­ки исхо­дил из сле­ду­ю­ще­го.
Соглас­но ста­тье 2.9 КоАП РФ при мало­зна­чи­тель­но­сти совер­шен­но­го пра­во­на­ру­ше­ния судья, орган, долж­ност­ное лицо, упол­но­мо­чен­ные решить дело об адми­ни­стра­тив­ном пра­во­на­ру­ше­нии, могут осво­бо­дить лицо, совер­шив­шее адми­ни­стра­тив­ное пра­во­на­ру­ше­ние, от адми­ни­стра­тив­ной ответ­ствен­но­сти и огра­ни­чить­ся уст­ным заме­ча­ни­ем.
Мало­зна­чи­тель­ность пра­во­на­ру­ше­ния име­ет место при отсут­ствии суще­ствен­ной угро­зы охра­ня­е­мым обще­ствен­ным отно­ше­ни­ям. Такие обсто­я­тель­ства, как лич­ность и иму­ще­ствен­ное поло­же­ние при­вле­ка­е­мо­го к ответ­ствен­но­сти лица, доб­ро­воль­ное устра­не­ние послед­ствий пра­во­на­ру­ше­ния, воз­ме­ще­ние при­чи­нен­но­го ущер­ба, не явля­ют­ся обсто­я­тель­ства­ми, сви­де­тель­ству­ю­щи­ми о мало­зна­чи­тель­но­сти пра­во­на­ру­ше­ния. Дан­ные обсто­я­тель­ства, в силу частей 2, 3 ста­тьи 4.1 КоАП РФ, учи­ты­ва­ют­ся при назна­че­нии адми­ни­стра­тив­но­го нака­за­ния.
В соот­вет­ствии с абза­цем тре­тьим пунк­та 21 поста­нов­ле­ния Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Суда Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 24 мар­та 2005 г. N 5 “О неко­то­рых вопро­сах, воз­ни­ка­ю­щих у судов при при­ме­не­нии Кодек­са Рос­сий­ской Феде­ра­ции об адми­ни­стра­тив­ных пра­во­на­ру­ше­ни­ях” мало­зна­чи­тель­ным адми­ни­стра­тив­ным пра­во­на­ру­ше­ни­ем явля­ет­ся дей­ствие или без­дей­ствие, хотя фор­маль­но и содер­жа­щее при­зна­ки соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, но с уче­том харак­те­ра совер­шен­но­го пра­во­на­ру­ше­ния и роли пра­во­на­ру­ши­те­ля, раз­ме­ра вре­да и тяже­сти насту­пив­ших послед­ствий не пред­став­ля­ю­щее суще­ствен­но­го нару­ше­ния охра­ня­е­мых обще­ствен­ных пра­во­от­но­ше­ний.
Объ­ек­тив­ная сто­ро­на соста­ва адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, преду­смот­рен­но­го ста­тьей 19.29 КоАП РФ, заклю­ча­ет­ся в про­ти­во­прав­ном без­дей­ствии, выра­зив­шем­ся в неуве­дом­ле­нии пред­ста­ви­те­ля нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­ля) по преж­не­му месту служ­бы при­ни­ма­е­мо­го на рабо­ту быв­ше­го госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го.
Посколь­ку наступ­ле­ние вред­ных послед­ствий не явля­ет­ся ква­ли­фи­ци­ру­ю­щим при­зна­ком объ­ек­тив­ной сто­ро­ны адми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, ответ­ствен­ность за кото­рое уста­нов­ле­на ста­тьей 19.29 КоАП РФ, отсут­ствие ука­зан­ных послед­ствий не сви­де­тель­ству­ет о мало­зна­чи­тель­но­сти совер­шен­но­го пра­во­на­ру­ше­ния. Суще­ствен­ная угро­за охра­ня­е­мым обще­ствен­ным отно­ше­ни­ям заклю­ча­ет­ся в дан­ном слу­чае не в наступ­ле­нии каких-либо мате­ри­аль­ных послед­ствий пра­во­на­ру­ше­ния, а в ненад­ле­жа­щем отно­ше­нии рабо­то­да­те­ля к испол­не­нию сво­их обя­зан­но­стей.
Санк­ция ста­тьи 19.29 КоАП РФ уста­нав­ли­ва­ет зна­чи­тель­ные сум­мы штра­фа за несо­блю­де­ние тре­бо­ва­ний феде­раль­ных зако­нов, направ­лен­ных на про­ти­во­дей­ствие кор­руп­ции, про­тив поряд­ка управ­ле­ния, в свя­зи с чем вывод миро­во­го судьи о мало­зна­чи­тель­но­сти совер­шен­но­го М.В.Н. пра­во­на­ру­ше­ния — толь­ко по моти­ву нена­ступ­ле­ния обще­ствен­но опас­ных послед­ствий — осно­ван на непра­виль­ном при­ме­не­нии норм мате­ри­аль­но­го пра­ва.
(По мате­ри­а­лам судеб­ной прак­ти­ки Вер­хов­но­го Суда Рес­пуб­ли­ки Кал­мы­кия)
По дру­го­му делу пред­се­да­тель вер­хов­но­го суда рес­пуб­ли­ки ука­зал, что суще­ствен­ная угро­за охра­ня­е­мым обще­ствен­ным отно­ше­ни­ям заклю­ча­ет­ся в этом слу­чае не в наступ­ле­нии каких-либо мате­ри­аль­ных послед­ствий, а в самом фак­те нару­ше­ния одно­го из прин­ци­пов реа­ли­за­ции Наци­о­наль­ной стра­те­гии про­ти­во­дей­ствия кор­руп­ции, утвер­жден­ной Ука­зом Пре­зи­ден­та Рос­сий­ской Феде­ра­ции от 13 апре­ля 2010 г. N 460, о рас­про­стра­не­нии огра­ни­че­ний, запре­тов и обя­зан­но­стей в целях пре­ду­пре­жде­ния кор­руп­ции на граж­дан, заме­щав­ших долж­ность госу­дар­ствен­ной или муни­ци­паль­ной служ­бы, а так­же на при­ни­ма­ю­щих на рабо­ту быв­ших госу­дар­ствен­ных и муни­ци­паль­ных слу­жа­щих рабо­то­да­те­лей.
Кон­сти­ту­ци­он­ный Суд Рос­сий­ской Феде­ра­ции в опре­де­ле­нии от 25 фев­ра­ля 2013 г. N 334‑О так­же отме­тил, что уста­нов­ле­ние обя­зан­но­сти сооб­щать в деся­ти­днев­ный срок пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы о заклю­че­нии тру­до­во­го или граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра направ­ле­но на повы­ше­ние эффек­тив­но­сти про­ти­во­дей­ствия кор­руп­ции и осно­вы­ва­ет­ся на прин­ци­пах при­о­ри­тет­но­го при­ме­не­ния мер по пре­ду­пре­жде­нию кор­руп­ции и ком­плекс­но­го исполь­зо­ва­ния поли­ти­че­ских, орга­ни­за­ци­он­ных, инфор­ма­ци­он­но-про­па­ган­дист­ских, соци­аль­но-эко­но­ми­че­ских, пра­во­вых, спе­ци­аль­ных и иных мер для борь­бы с этим явле­ни­ем.
(По мате­ри­а­лам судеб­ной прак­ти­ки Вер­хов­но­го Суда Рес­пуб­ли­ки Саха (Яку­тия)
Сход­ная аргу­мен­та­ция при­ве­де­на в дру­гом поста­нов­ле­нии и состо­ит в том, что уста­нов­ле­ние обя­зан­но­сти рабо­то­да­те­ля сооб­щать в деся­ти­днев­ный срок пред­ста­ви­те­лю нани­ма­те­ля (рабо­то­да­те­лю) госу­дар­ствен­но­го или муни­ци­паль­но­го слу­жа­ще­го по послед­не­му месту его служ­бы о заклю­че­нии тру­до­во­го или граж­дан­ско-пра­во­во­го дого­во­ра на выпол­не­ние работ (ока­за­ние услуг) с граж­да­ни­ном, заме­щав­шим опре­де­лен­ные долж­но­сти госу­дар­ствен­ной служ­бы, в тече­ние двух лет после его уволь­не­ния с госу­дар­ствен­ной служ­бы направ­ле­но на повы­ше­ние эффек­тив­но­сти про­ти­во­дей­ствия кор­руп­ции и осно­вы­ва­ет­ся на прин­ци­пах при­о­ри­тет­но­го при­ме­не­ния мер по пре­ду­пре­жде­нию кор­руп­ции и ком­плекс­но­го исполь­зо­ва­ния поли­ти­че­ских, орга­ни­за­ци­он­ных, инфор­ма­ци­он­но-про­па­ган­дист­ских, соци­аль­но-эко­но­ми­че­ских, пра­во­вых, спе­ци­аль­ных и иных мер для борь­бы с этим явле­ни­ем (пунк­ты 5 и 6 ста­тьи 3 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции”).
Тем самым нор­мы ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” ори­ен­ти­ро­ва­ны на обес­пе­че­ние без­опас­но­сти госу­дар­ства, а пото­му пре­не­бре­же­ние ими не может рас­смат­ри­вать­ся как мало­зна­чи­тель­ное адми­ни­стра­тив­ное пра­во­на­ру­ше­ние.
(По мате­ри­а­лам судеб­ной прак­ти­ки Суда Хан­ты-Ман­сий­ско­го авто­ном­но­го окру­га — Югры)
В то же вре­мя сле­ду­ет отме­тить, что в тех слу­ча­ях, когда совер­шен­ное юри­ди­че­ским лицом адми­ни­стра­тив­ное пра­во­на­ру­ше­ние, состав кото­ро­го преду­смот­рен ста­тьей 19.29 КоАП РФ, выра­зи­лось в незна­чи­тель­ном (на один-два дня) нару­ше­нии ука­зан­но­го в части 4 ста­тьи 12 Феде­раль­но­го зако­на “О про­ти­во­дей­ствии кор­руп­ции” сро­ка либо в несо­блю­де­нии тре­бо­ва­ний к содер­жа­нию направ­ля­е­мо­го по послед­не­му месту служ­бы госу­дар­ствен­но­го (муни­ци­паль­но­го) слу­жа­ще­го уве­дом­ле­ния, судья общей юрис­дик­ции, в про­из­вод­стве кото­ро­го нахо­дит­ся дело о таком адми­ни­стра­тив­ном пра­во­на­ру­ше­нии, впра­ве на осно­ва­нии части 3.2 ста­тьи 4.1 КоАП РФ назна­чить юри­ди­че­ско­му лицу адми­ни­стра­тив­ный штраф в раз­ме­ре менее мини­маль­но­го раз­ме­ра адми­ни­стра­тив­но­го штра­фа, преду­смот­рен­но­го санк­ци­ей ста­тьи 19.29 КоАП РФ <1>.
——————————–
<1> Вме­сте с тем в силу пря­мо­го ука­за­ния зако­на (часть 2.2 ста­тьи 4.1 КоАП РФ) в отно­ше­нии граж­дан и долж­ност­ных лиц, совер­шив­ших адми­ни­стра­тив­ное пра­во­на­ру­ше­ние, состав кото­ро­го преду­смот­рен ста­тьей 19.29 КоАП РФ, воз­мож­ность назна­че­ния адми­ни­стра­тив­но­го штра­фа в раз­ме­ре менее мини­маль­но­го раз­ме­ра адми­ни­стра­тив­но­го штра­фа, опре­де­лен­но­го санк­ци­ей ука­зан­ной нор­мы, отсут­ству­ет.

Доку­мент предо­став­лен Кон­суль­тант­Плюс